Непризнанный герой

(По следам второго огненного тарана)

26-го июня 1941-го года при заходе на цель самолет капитана Николая Гастелло вспыхнул от прямого попадания зенитного снаряда. Гастелло направил горящую машину в гущу вражеской механизированной колонны.

Буквально на следующий день, 27 июня, в такой же ситуации оказался заместитель командира эскадрильи 128-го скоростного бомбардировочного авиаполка старший лейтенант Исаак Пресайзен. Снарядом пробило бензобак. Пресайзен бросил машину в пике и нанес бомбовый удар по фашистской пехоте. Но пламя, охватившее самолет, сбить не удалось. Тогда Пресайзен направил пылающий бомбардировщик на скопление вражеских танков и мотопехоты. Раздался страшный взрыв. Обломки техники с людьми взлетели в воздух. Движение немецких войск на одном из участков автострады Минск-Москва было остановлено на несколько суток.

Подвиг Гастелло вошел в историю советской авиации как огненный таран. Летчик посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза. Очередь была за Исааком Пресайзеном.

Когда возвратившиеся с боевого задания однополчане доложили о подвиге Пресайзена заместителю командира полка Сандалову, тот сразу же вылетел на место тарана и, убедившись в достоверности происшедшего, доложил командиру полка майору Чучеву. После согласования с командиром дивизии полковником Аладинским был оперативно оформлен и отправлен наградной материал с представлением Пресайзена к званию Героя Советского Союза.

Но даже посмертно Исаак Пресайзен не удостоился Золотой Звезды. Словно и в помине не было огненного тарана. Хуже того. Приказом по полку № 22 за сентябрь 1941 года он почему-то был отнесен к числу пропавших без вести, о чем жене летчика Лидии сообщили лишь через полгода. Начальник штаба полка капитан Дробышев, готовивший наградной материал и скрепивший описание подвига Пресайзена полковой печатью в июле 1941 года, отправил в январе 1942 года в Сызрань Лидии письмо следующего содержания:

"Уважаемая товарищ Пресайзен! До сих пор нам не верится, что мы навсегда потеряли Вашего мужа, а нашего боевого товарища. Будем ждать победного конца войны, когда судьбы товарищей станут определеннее. Но даже если и погиб товарищ Пресайзен, то он отдал жизнь очень дорого. Желаем бодрости, веры в победу. Наше дело правое, победа будет за нами".

Почему произошла такая метаморфоза? По какой причине герой в одночасье был превращен в без вести пропавшего? К сожалению, это выяснилось лишь через много-много лет. А пока от вдовы скрыли, что ее муж совершил героический подвиг и заплатил за него жизнью. Получив письмо Дробышева, Лида тяжело заболела. Она скончалась в 1947-м году, оставив семилетнего сына Дмитрия на попечение Моше Пресайзена, старшего брата погибшего летчика.

Почти два десятилетия ничего не было слышно об Исааке Пресайзене. Из пропасти забвения его имя извлекли два журналиста - В.Гапонов и В.Липатов. Им удалось разыскать в Москве механика самолета Рыбакова Александра Николаевича, готовившего машину Пресайзена в последний вылет. В итоге редкой журналистской удачи родился очерк "Подвиг", появившийся осенью 1959-го года в газете "Советское Подолье" на родине героя, в городе Хмельницкий, где жил и его брат. Моше отправил газету с очерком племяннику Дмитрию Пресайзену в г.Зея, Амурской области.

Открытие подлинных обстоятельств гибели Исаака, разбередив незаживающую рану, все-таки положило конец угнетающему состоянию неизвестности.

Очерк "Подвиг" стал первой ласточкой среди множества последовавших публикаций о неведомом доселе летчике, шагнувшем в бессмертие в жаркий полдень 27-го июня 1941-го года. Беспристрастное время ставило знак равенства между подвигами Гастелло и Пресайзена. Все авторы - и литераторы, и генералы - восхищались мужеством и отвагой обоих героев, однако почему-то стыдливо умалчивали о том, что второй из них не был отмечен наградой.

Тем временем, Дмитрий и Моше разыскали однополчан Пресайзена и послали несколько запросов в Центральный архив Министерства обороны СССР в подмосковном Подольске, чтобы выяснить, нет ли там каких-либо ценных сведений в личном офицерском деле Исаака Пресайзена. Последовало долгое молчание. И вдруг, в конце зимы 1970-го года, пришел ответ. В официальном письме за № 31364 от 5-го февраля начальник архивохранилища майор Ковалев сообщил, что в наградном материале на личный состав ВВС Западного фронта за 1941-й год имеется представление к награде на зам. командира эскадрильи старшего лейтенанта Исаака Зиловича (Зиновьевича) Пресайзена. В списке отличившихся в самых первых воздушных сражениях по 128-му авиаполку это представление зарегистрировано под № 4. Ковалев прислал копию документа, о существовании которого родные Пресайзена не подозревали.

Резолюции с отказом в присвоении летчику звания Героя Советского Союза там не было. Следовательно, документ не утратил своей силы.

К кому только ни обращались Моше и Дмитрий на протяжении последующих двадцати лет, но в ответ получали равнодушные отписки, сводившиеся к одному - установить сейчас причину, по которой Исаак Пресайзен не был награжден командованием, не представляется возможным за давностью времени.

Однако, сын летчика, Дмитрий Пресайзен в конце концов докопался до этой причины. Добившись допуска в Подольский архив, он с головой окунулся в изучение фронтовой документации 128-го бомбардировочного полка. Среди наградных материалов он, в конце концов, отыскал представление отца к званию Героя. С бьющимся от волнения сердцем взял в руки пожелтевший от времени документ. Он помнил его содержание наизусть. Помнил фамилии тех, кто его подписал. Чучев. Дробышев. Аладинский. Четвертая подпись принадлежала командующему ВВС Западного Фронта генералу Копцу.

Дмитрий обратился к мемуарной и историко-художественной литературе о начальном периоде войны. И нашел в ней сведения о генерале Копце. Отличившись в Испании и получив там звание Героя Советского Союза, отважный летчик быстро пошел в гору. Накануне войны он был назначен командующим ВВС Белорусского особого военного округа, на базе которого образовался Западный фронт. Но в первый же день войны Копец фактически остался полководцем без войска. Большая часть самолетов фронта была уничтожена на аэродромах, не успев подняться в воздух. Уцелевшие же авиаполки, вроде 128-го, сражались героически. Летчики пытались спасти положение, нередко ценой жизни, как поступили Гастелло и Пресайзен.

Сталин возложил вину за тяжелое поражение Красной армии в первые дни войны на командование Западного фронта. Командующий фронтом генерал армии Павлов с группой генералов были преданы суду и расстреляны. Генерал Копец, не дожидаясь ареста, застрелился сам.

Естественно, подпись генерала-самоубийцы на представлении к званию Героя, которое должно было визироваться Сталиным, не только не утратила силы, но и приобрела отрицательный заряд. Опасаясь неприятностей, никто не рискнул направить наградной материал на Пресайзена в Кремль.

В августе 1989-го года Моше перед отъездом в Израиль предпринял последнюю попытку воздать брату то, что он по праву заслужил. Со всеми документами и свидетельствами однополчан он обратился к народному депутату СССР по Хмельницкому избирательному округу, зам. министру обороны генералу армии В.М.Шабанову.

Народный избранник отреагировал лишь через десять месяцев, но распорядился по-армейски: разобраться и доложить. И военком Хмельницкой области полковник Урсол лихо разобрался с мертвым героем. Тем более что семьи Пресайзенов в Хмельницком уже не было - она находилась в Израиле. А Дмитрий жил далеко - в Приамурье.

22-го октября 1990-го года полковник, то ли по своей инициативе, то ли по команде сверху, заполнил наградной лист на И.З.Пресайзена с представлением его к ордену Отечественной воины 1-й степени. Ровно через год, 23-го октября 1991-го года, появился на свет соответствующий президентский указ номер УП-2776 группового характера с формулировкой: "За боевые заслуги в Великой Отечественной войне", распространившийся и на летчика, совершившего второй на войне таран.

Таким образом, И.Пресайзен был отмечен орденом, которым в ознаменование 40-летия Победы награждались поголовно все участники войны с Германией и Японией, имевшие ранения, но оставшиеся в живых. Будь жив Пресайзен, он получил бы орден по военкоматскому списку, как все.

Горбачев подписал тот указ, который ему подготовили референты на основе наградного материала, составленного в Хмельницком облвоенкомате. Если бы президент удосужился хотя бы вникнуть в смысл слов "повторил подвиг Николая Гастелло", фигурировавших в наградном листе, то мог бы и вспомнить, что годом раньше, 4-го октября 1990-го года, он за аналогичный подвиг присвоил звание Героя Советского Союза посмертно летчику Шике Абрамовичу Корданскому, направившему 8-го сентября 1943-го года подбитый самолет с оставшимися бомбами на палубу вражеского судна в порту Констанца. Через сорок семь лет справедливость восторжествовала. В отношении же И.Пресайзена этого не произошло.

Упаси бог, я не собираюсь противопоставлять Пресайзена Корданскому или Гастелло. Каждый из них пожертвовал собой во имя победы над нацизмом. И потому мы должны свято хранить и чтить их память. Не могу лишь согласиться с тем, что Пресайзен, якобы, повторил подвиг Гастелло. Ведь повторить можно только то, что тебе известно. Но Пресайзен не мог знать о подвиге Гастелло, потому что оба летчика погибли в течение одних суток.

Каждый из них пошел на свой таран самостоятельно, испытывая жгучую ненависть к врагу. И поэтому каждому из них принадлежит свое место в истории войны. Разница лишь в том, что Гастелло сразу же приобрел всенародную славу, а Пресайзен так и остался официально непризнанным Героем той страны, за которую сражался до последнего вздоха.

14 декабря 1993 г. секретариат Всеизраильского Союза ветеранов Второй мировой войны обратился к послу России в государстве Израиль господину Александру Бовину с официальным ходатайством о присвоении старшему лейтенанту Исааку Зиновьевичу Пресайзену звания Героя России посмертно на основании сохранившегося представления к награде, находящегося с 1941 г. в Центральном архиве Министерства обороны в г. Подольске. Одновременно такое же письмо Союза ветеранов войны Израиля с приложением копий документов от огненном таране И.Пресайзена и копией ходатайства на имя Б.Н.Ельцина были вручены лично председателю Российского Комитета ветеранов войны маршалу авиации дважды Герою Советского Союза Н.М.Скоморохову, находившемуся в это время с дружественным визитом во главе делегации российских ветеранов войны в Израиле. Маршал заверил в том, что Российский Комитет ветеранов окажет всемерное содействие в решении вопроса о достойном увековечении подвига И.3.Пресайзена.

Полгода спустя, 19 апреля 1994 года к послу России господину Бовину обратился с личным письмом по этому наболевшему вопросу старший брат погибшего летчика девяностодвухлетний ветеран войны Моше Пресайзен, проживавший в г.Холоне под Тель-Авивом. 6 мая 1944 г. он получил ответ на официальном бланке. Привожу текст письма дословно:

"Уважаемый г-н Пресайзен! Я обратился с соответствующей просьбой к Президенту России.

Искренне Ваш А.Бовин".

Через пару лет почтенный ветеран Отечественной войны Моше Пресайзен, ничего не дождавшись, скончался с призрачной надеждой на то, что когда-нибудь все же справедливость восторжествует.

Неприглядная история с увековечением памяти героя Отечественной войны летчика И.Пресайзена не означает, что в те же девяностые годы не было прецедента с присвоением звания Героя даже через полвека после окончания войны. Наградные документы на командира артдивизиона майора Ионина, воевавшего в составе знаменитой Первой гвардейской дивизии с представлением к званию Героя, направленные в соответствующие инстанции, постигла та же участь, что и документы на Пресайзена. Их следы затерялись. Но однополчане Ионина из московской группы ветеранов-первогвардейцев восстановили справедливость. И многие годы спустя награда нашла героя. В апреле 1995 года по Указу Президента Российской Федерации Б.Н.Ельцина полковник в отставке Юрий Дмитриевич Ионин получил в Кремле Золотую звезду Героя России!

Этот красноречивый факт был обнародован в дни празднования 62-ой годовщины разгрома немецко-фашистских полчищ в битве под Москвой. Он фигурировал в статье "Поклон вам, ветераны" на страницах газеты префектуры Южного Административного округа г. Москвы в № 147 за 11 декабря 2003 г.

Той же весной 1995 года, накануне 50-летия Победы, звания Героя России удостоился и агентурный разведчик Иван Колос за подвиг, совершенный осенью 1944 года. Выполняя особое задание, которое ему лично давал командующий Первым Белорусским фронтом маршал Рокоссовский, капитан Колос вылетел ночью на "кукурузнике" в осажденную восставшую против немцев Варшаву. Приземлившись с парашютом, он выяснил обстановку в городе и установил контакты с повстанцами. Поддерживая постоянную связь по радио, Колос держал командование фронта в курсе того, как развиваются события в Варшаве, обеспечивал взаимодействия наших войск с восставшими поляками. Пусть через полвека, но награда нашла и этого героя.

В заключение приведу самый свежий пример, озвученный по первому российскому каналу 5-го, а потом 9 мая в день 59-й годовщины Победы. Телезрители увидели на экране бывшего танкиста, полковника в отставке Александра Михайловича Фодина, отличившегося зимой 1944 года во время завершения Корсунь-Шевченковской операции. 19 февраля на участке 6-ой гвардейской танковой армии немцы предприняли отчаянную попытку прорвать кольцо окружения. Спалив семь вражеских бронетранспортеров, Фодин перенес огонь своей противотанковой пушки в небо, где кружили над головой немецкие бомбардировщики. На редкость метким выстрелом он сбил самолет, разломившийся на глазах изумленных однополчан пополам. Фодин был представлен к званию Героя Советского Союза. Но с ним повторилось то же самое, что с Иониным. Наградной материал пропал бесследно. Однако совет ветеранов 6-ой гвардейской армии добился того, что в 1996 году полковник Фодин был удостоен звания героя России.

Честь и слава однополчанам бесстрашного разведчика Колоса, а также ветеранам Первой стрелковой гвардейской дивизии и 6-ой гвардейской танковой армии, доказавшим, что подвиг героя срока давности не имеет. Это вселяет надежду на то, что дойдет черед и до летчика Пресайзена, совершившего в самые первые дни Отечественной войны второй в истории огненный таран.

И.Хацкевич, гвардии майор, инвалид войны, заслуженный работник культуры России

От редакции: "Международная Еврейская газета" обращается к председателю Российского комитета ветеранов войны и военной службы генералу армии В.Л.Говорову с просьбой в канун 60-летия Победы возобновить ходатайство перед президентом Российской Федерации о присвоении старшему лейтенанту И.3.Пресайзену посмертно звания Героя России.